Военная фото журналистика

Так называется выпускаемая ныне пражским издательством «Одеон» книга, посвященная советскому военному фоторепортажу. Это хронологическая картина Великой Отечественной войны, запечатленная на 145 снимках двадцати двух известнеиших советских репортеров (А. Шайхет, Г, Зельма, И. Шагин, Д. Бальтерманц, Б. Кудояров, Г. Санько, М. Трахман, А. Узлян, В. Темин, М. Редькин Ю. Халдей, А. Устинов, М. Альперт, А. и М. Ананиновы, Р. Диамент, А. Гаранин, В, Гребнев, Е. Евзерихин, Г. Липскеров, Ю. Рюмкин и М. Савин); имена некоторых >рз них были навеки вписаны в историю мировой фотографии именно благодаря их военным фотографиям. Кроме вступи те льной части, где дается оценка специфических черт советской военной фотографии в контексте с военным репортажем западных стран, в книге представлено также десять творческих портретов отдельных фотографов и биографические данные всех вышеперечисленных фотокорреспондентов. Авторы публикации, Д. Мразкова и В. Ремеш, работали над ней почти три года. В течение этого времени между ними и большинством упомянутых фоторепортеров установились дружеские связи, позволившие не только вести искренние творческие беседы но и выбирать снимки из личных архивов фотографов Книга рождалась несколько иначе, чем это бывает принято в таких случаях. Ее основой стали не подбор и перепечатка уже публиковавшихся ранее фотографий, а конкретные личные контакты и познание обширных архивов отдельных фотографов .Лишь благодаря этому можно было включить в публикацию как неизвестные снимки известных авторов, так и работы фотографов.
Беседа с военными фотокорреспондентами в редакции журнала «Советское фото»
1. слева направо: А. Устинов, Г, Зельма, А. Будяк, А. Гаранин, Я. Рюмкин, Б. Кудояров. почти неизвестных в ЧССР. Советский военный репортаж является уже установившимся понятием в мировой фотографии. Тем не менее, эта книга в основу которой были положены не только исторические, но и фотографические аспекты военного репортажа, является первой работой такого рода не только у нас, но и в СССР, что еще более повышает значимость этой публикации, посвященной издательством «Одеон» 30-й годовщине освобождения Чехословакии.
Не слишком ли далеко зашла фотография?
Сорок один год прошел с тех пор, как ныне уже покойный известный американский юморист Джеймс Сарбер опубликовал сатирическую статью в журнале «Нью Йоркер». Остроумно и с успехом он высмеял проходившие тогда споры о фотографии — споры, которые и сегодня не потеряли своей актуальности. Ниже публикуется несколько отрывков из нее: Ответить на поставленный вопрос банальным и уклончивым а Да и нет» было бы трусостью, также, как проявлением непочтительности было бы бы брошенное «Ну и что?» и признаком невежества «Не знаю». Я убежден, что фотография действительно зашла слишком далеко, но твердо верю, что, если она захочет, то еще может вернуться назад...
Этим вопросом я начал интересоваться с тех пор, как прочитал статью художественного критика г-на Э. А. Джевелла, в которой черным по белому было написано, что нынешнее спокойное лето было «взбудоражено раздуванием старого спора» о том, должны ли негативы и копии оставатся в покое или фотограф имеет право позабавиться с ними, т. е. добавить то, чего на них раньше не было, и устранить то, что там раньше было...
Вспоминаю, как несколько лет назад я отправился на выставку современной фотографии. Большинство снимков было необычайно художественно. Напрасно вы искали бы какую-нибудь обыкновенную фотографию своего или моего ребенка. Зато вы нашли бы фотографии клубочков веревок, теней угла Шестой авеню, женской руки, держащей несколько скорлупок и рубинов, лошадиной морды, которую фотограф снимал лежа перед лошадью (это была смирная, старая лошадь), вешалки для пальто и вместе с пальто, девушки, лежащей на спине и видимой через бокал шампанского, и т. д. Я, как фотолюбитель, находился в некотором затруднении, не зная, что и подумать о ряде снимков, особенно о том, с лошадиной мордой, так как на нем были видны зубы этого животного и вообще он на первый взгляд выглядел, как воздушный шар, приземляющийся на кладбище. В конце концов я решил лучше ничего не думать.
Мне кажется, что этот способ фотографирования начал так бурно распространяться совсем недавно. Кто-то, возможно это был Май Рей {никогда и ничем я не занимаюсь так основательно, чтобы успеть познать что-нибудь существенное), начал фотографировать такие вещи, как куча гвоздей, белая ручка у дверч, зуб оленя, кусок шелковой подкладки, вырванной мужского халата и т. п. Так появлялся один снимок за другим и сегодня уже существует несколько миллиардов таких фотографий, ни одна из них не похожа на другую ив то же время тысячи из них выглядят совершенно одинаково. Любой предмет — животное, растение или минерал — был помещен рядом с другими известными предметами и сфотографирован.
Разумеется, было бы несправедливо заявить, что все художественные фотографы увлеклись подобного рода причудливыми композициями', многие вполне удовлетворяются тем, что ложатся на землю и фотографируют людей, или вылезают на лестницу и — фотографируют людей. Но результат получается один и тот оке: сегодня совершенно немыслимо найти фотографию человека, который бы просто стоял и смотрел в объектив.
Но вернемся к спорному вопросу... Г-н Джевелл цитирует в своей статье г-на Ю. Аллеями, японского фотографа и художника: «Фотоаппарат часто подводит даже самого опытного технического эксперта. Многого из того, что мы обнаружили в видоискателе, недостает на негативах, например, цвета.» Недоставало и памятника Вашингтону на одном из снимков, который я сделал несколько лет назад. Я направил объектив прямо на памятник, нажал спуск и отдал проявлять фотопленку. На копии, которую мне передал фотограф в лаборатории, от памятника не осталось и следа. «Тут, прямо посередине должен бы был быть памятник Вашингтону», — говорю я ему. Он поднял негатив и посмотрел на свет. «Очевидно, он не попал в кадр», — заявил тот. Я настаиваю, что НЕ МОГ он не попасть в кадр. «Да нет же, — говорит, — наверняка не попал». Эту тайну я так никогда и не разгадал, что объясняет мое несколько своеобразное отношение к ретушированным фотографиям.
Из статьи г-на критика Джееелла далее вытекает, что мир раздирают споры о ретушированной фотографии. Я не верил своим глазам, когда с изумлением прочитал, что «Камера клуб» «уже целых пятьдесят лет решает вопрос, какой фотографии дать преимущество, ретушированной или неретушированной?» Но, как видно, е мизерным успехом. И само собой разумеется, что я, как и всегда, когда принимаюсь за что-то, о чем не имею ни малейшего понятия, вношу предложение: «А не лучше ли отретушировать предметы еще до фотографирования, а не потом, на пластинках?» Но вполне возможно, что я не уловил главную идею. Возможно, что настоящее искусство и настоящая шутка и заключаются именно в лабораторной обработке негатива и копий... Однако я в любом случае согласен с г-ном Джееелла, когда он говорит: «Надеюсь, что те, кто считает плохими снимки, обработанные художником, не будут утверждать, что их вообще не следует обрабатывать». Я очень надеюсь, что не будут. Потому что, как только снимки начнет обрабатывать сам фотоаппарат, то только господь бог ведает, что еще из этого получится.

 
Яндекс.Метрика